Обзор сайта


Партнеры проекта
Торговый портал TATET.ua
Платформа магазинов TATET.net
Мир путешествий с way2way

Опрос

Нужно ли удалить граффити в Припяти?:

Алла Ярошинская, "Чернобыль: синдром проникающей лжи"

26 апреля – день поминовения жертв Чернобыльской атомной катастрофы, которая произошла 21 год назад. «Росбалт» начинает серию публикаций, посвященных последствиям катастрофы и государственной цензуры на нее для здоровья людей.

Чернобыль стал тестом на порядочность не только для политиков у власти, но и для ученых и медиков. И они его, увы, не выдержали. «Синдром проникающей радиации» для властной политической и научной элиты страны превратился в «синдром проникающей официальной лжи».

Убедиться в этом можно, проведя мониторинг официальных данных об изменениях в здоровье девяти миллионов (по данным ООН) жертв Чернобыля в течение более двух десятилетий после взрыва. Они до сих пор ингалируют свои легкие малыми дозами радиации. Эти данные претерпели за годы после аварии серьезную трансформацию – от явной лжи и до сегодняшних результатов исследований национальных институтов независимых ныне государств бывшего СССР.

Отправной точкой можно взять первый публичный доклад академика Леонида Ильина, бывшего в то время директором Института биофизики РАН России. Доклад «Экологические особенности и медико-биологические последствия аварии на Чернобыльской атомной электростанции» был сделан Ильиным на сессии общего собрания АМН СССР в Москве 21-23 марта 1989 года. Заметим, через три года после аварии! Нет сомнения, что и до этого академик тоже делал доклады. Но не для простых людей, а для кремлевских патрициев – совершенно секретно.

Возникает вопрос, что такого случилось через три года, что заставило академика и его хозяев «открыть личико»? А все дело в том, что доклад был приурочен к первому съезду народных депутатов СССР. И это была не столько научная акция, сколько превентивный политический удар: властям было ясно, что вопрос о Чернобыле непременно встанет на Съезде, и они решили таким образом хоть как-то обезопасить себя от критики.

Под докладом стоят подписи 23-х официальных медицинских светил из России, Украины, Белорусии — этакий коллективный Ильин. В документе отмечается, что «…за счет проведения комплекса рекомендованных Минздравом СССР мероприятий по радиационной защите населения в ближайший период после аварии и нацеленного, прежде всего, на предотвращение или уменьшение поступления радиойода в организм, ... удалось снизить возможные дозовые нагрузки в среднем на 50%, а в ряде случаев — до 80%».

Это – бессовестное вранье. По сообщениям с мест и данным экспертов, на самом деле йодная профилактика не проводилась вообще, или проводилась тогда, когда уже была бесполезна. Оценку этому вранью дала Генеральная прокуратура СССР: «Минздравом СССР в нарушение Инструкции по применению стабильного йода для защиты щитовидной железы человека от воздействия радиоактивных изотопов йода йодная профилактика населения прилегающих к АЭС районам и других пораженных радиоактивным йодом территорий страны проведена несвоевременно и некачественно, что повлекло радиоактивное переоблучение населения йодом-131... Только у 1,5 миллиона человек (в том числе у 160 тысяч детей 0-7 лет), на момент аварии проживающих в зоне наибольшего загрязнения йодом-131, дозы облучения щитовидной железы составили у 87% взрослого и 48% детского населения 30 бэр, у 11 и 35%, соответственно, от 30 до 100 бэр, у 2% взрослого и 17% детей — свыше 100 бэр. …Указанные обстоятельства ставили в опасные для проживания условия около 75 миллионов человек (УССР, БССР и центральные области РСФСР) и создавали условия для повышенной смертности, увеличения числа злокачественных новообразований, увеличения количества уродств, наследственных и соматических заболеваний, изменение трудоспособности населения». Прокурору, как говорится, виднее.

В опубликованном в 2004 году в швейцарском медицинском журнале исследовании белорусских ученых во главе с А.Океановым сообщается, что буквально вся Белоруссия была засыпана радиоактивным йодом. Только северная ее часть была относительно «чистой», а остальная территория была загрязнена им от 5 до 50 и даже 300 кюри на квадратный километр. Так вот именно здесь йодная профилактика началась через десять дней после взрыва. И это уже было абсолютно бесполезное мероприятие — период полураспада радиоактивного йода – 8, 04 суток. Щитовидные железы населения (особенно детей) к тому времени уже были забиты опасным радиоактивным йодом из четвертого чернобыльского реактора.

Один из подписантов секретных документов, бывший «завхоз» ЦК КПСС Алексей Поваляев, в 2002 году на семинаре в Институте проблем развития атомной энергетики РАН гневно клеймил коллег: «Я, честно говоря, считаю, что поражение щитовидной железы у детей, которое сейчас фиксируется в зоне, — это вина медиков, не сумевших вовремя провести йодную профилактику. Врачи были абсолютно радиологически неграмотны и при этом максимально испуганы».

В докладе утверждается, что «одно из главных возражений (против беспороговой концепции – А.Я.) заключается в том, что численные значения рисков облучения (вероятность эффекта на единицу дозы облучения), которые рекомендуются и для оценки последствий действия малых доз и низких мощностях доз, получены в натурных исследованиях только при воздействии высоких доз и мощностей доз облучения».

Этот обман был развенчан на слушаниях ВС СССР о ядерных авариях на ПО «Маяк», случавшихся там регулярно, начиная с 1949 года. Вся информация о них и о влиянии радиации на население также была строго засекречена. Десять тысяч людей были тайно переселены, остальные по берегам Течи до сих пор облучаются этими самыми малыми дозами. Кроме того, сравнительно недавно стало известно, что и на Ленинградской АЭС была крупная авария с таким же типом реактора. Задолго до Чернобыля.

Следующее заявление академиков — «стохастические эффекты (т.е. заболевания в результате облучения, тяжесть которых не зависит от дозы – А.Я.) соматического и генетического характера в указанной области доз облучения не регистрировались» — приводит в шок не только специалистов, но и просто образованных людей, которые интересуются радиобиологией. Ко времени этого доклада уже были опубликованы результаты исследований влияния малых доз радиации таких известных ученых, как Гофман, Бертелл, Грейб, Петко и других.

Ну а уж если и не читали «ильинцы» труды своих западных коллег, то наверняка были в курсе, что Комитет по действию ионизирующей радиации при ООН, «узаконил» именно беспороговую концепцию влияния малых доз радиации. И руководствовался он уж точно научными, а не идеологическими оценками. Не потому ли, хоть и нехотя, авторы вынуждены были считаться с этим международным для них «бедствием» — беспороговой концепцией?

После трех лет чернобыльского оптимизма, кремлевские академики вынуждены были дать публичные прогнозы для трех уровней облучения всего населения и отдельно для детей в до 7 лет на момент аварии: 1) для 39 районов девяти областей, где уровни облучения оказались сравнительно более высокими (всего проживают — 1,5 млн чел., в том числе 158 тысяч детей); 2) для всего населения этих областей (15,6 млн чел., в том числе — 1, 66 млн детей до7 лет) и, наконец, 3) для жителей, проживающих в центральных районах европейской части СССР (75 млн чел., включая 8 млн детей до 7 лет). Эти поражающие воображение цифры — особенно 75 миллионов человек под чернобыльским следом! — были озвучены открыто впервые через три года после аварии на ЧАЭС. Да и то в широком кругу узких специалистов.

Каковы же были эти официальные прогнозы? «... согласно линейной (беспороговой) гипотезе можно ожидать у детей 0-7 лет за предстоящий 30-летний период после аварии порядка 90 случаев злокачественных новообразований щитовидной железы, в том числе 10 с летальным исходом. Всего среди населения этих районов (~1,5 млн. человек) без учета поправок на корректность указанной гипотезы данный прогноз указывает на возможное число примерно 200 дополнительных случаев злокачественных новообразований этого органа за указанный период. ...Рассмотрение возможных последствий облучения щитовидной железы для всего населения упомянутых областей (39 районов 9 областей, хотя их много больше – А.Я.) и, прежде всего, Киевской, Гомельской, Брянской и Житомирской областей показывает ожидание выхода за 30 лет порядка 3,3.102 злокачественных опухолей, в том числе примерно 3.101 инкурабельных (смертельных – А.Я.) новообразований».

Прогнозы для населения центральных районов европейской части СССР, включающей всю территорию Украины, Белоруссии, Молдавии и ряд центральных областей России (а речь идет о 75 миллионах человек, включая 8 миллионов детей до 7 лет), таковы. «Расчетные оценки дают основание предположить следующее теоретически возможное число новообразований щитовидной железы радиационной этиологии за 30-летний период после аварии на ЧАЭС. Инкурабельных злокачественных опухолей у детей — до 20 случаев, и в целом по всему населению до 50 случаев. Излечимых злокачественных опухолей — соответственно до 170 и 400 случаев».

В связи с этими утверждениями интересно еще раз заглянуть в секретную переписку от 1987 года между министрами здравоохранения Украины Анатолием Романенко и союзным — Евгением Чазовым. Романенко сообщал: «В районах с повышенной радиацией в Киевской, Житомирской и Черниговской областях проживает 215 тыс. человек, в т.ч. 74, 6 тыс. детей. (...) выявлено 39, 6 тыс. больных, ранее не состоящих на учете. (…) Всего за год было госпитализировано 20,2 тыс. человек, из них около 6 тыс. детей. У 2,6 тыс. детей (3,4%) из них было выявлено содержание радионуклидов йода, превышающее 500 бэр».

Сегодня даже школьники в радиационных зонах знают, что 500 бэр – это гарантированный рак. Где эти 2,6 тысячи украинских детей, о которых секретно сообщал министр, сегодня? Заметим, эти страшные тайны были ведомы кремлевским медпропагандистам за два года до их коллективного доклада. И с какого же потолка они берут свои цифры?

Авторы спецдоклада уверяли также, что «установлены (рассчитаны с помощью ЭВМ) конкретные значения поглощенных доз облучения жителей по каждому населенному пункту районов постоянного контроля за различные сроки после аварии…». Сегодня мы уже точно знаем, что это самая пошлая ложь. Ни о какой точной фиксации конкретных доз не могло быть и речи. (Об этом, кстати, говорится и в секретных протоколах политбюро, и в других партийных документах).

В докладе также дается «прогноз возможных отдаленных последствий общего облучения различных контингентов населения СССР в результате аварии на ЧАЭС». Для населения в зонах постоянного контроля отмечается, что «расчет отдаленных эффектов проводился, исходя из реально оцененной дозы за первые 4 года после аварии и ее прогностической оценке до 2060 года, при условии, что и в этих районах также сняты ограничения на потребление продуктов питания, производимых в личных хозяйствах». (Заметим, сам доклад делался спустя три, а не четыре года.) Здесь возникает сверхважный вопрос: КТО и КОГДА РЕАЛЬНО оценил полученные населением в первые 2-3 месяца дозы? Из опубликованного секретного официоза видно, какие титанические усилия прилагали власти, чтобы не только закрыть всю информацию об аварии, но и уничтожить первичные медицинские документы, в которых и были записаны РЕАЛЬНЫЕ дозы. Вместо них врачам предписывалось фиксировать заниженные показатели, ставить любой диагноз, не связанный с радиационным поражением. Как же при этом серьезные люди, отягченные академическими регалиями, предлагают и своим коллегам, и обществу верить таким оценкам? Согласно официальным секретным документам АМН СССР, в Житомирской области в «зоне» не проводились даже вскрытия умерших после аварии!

И еще вопрос. Почему к этим «реально оцененным дозам» не имели и не имеют доступа для их анализа не только журналисты, но даже специалисты? На это жалуются и отечественные, и зарубежные ученые. И спустя более двух десятилетий к чернобыльским материалам Института биофизики РАН России, а не официальным выжимкам из них, доступа нет.

Вывод, к которому приходят авторы доклада, прогнозируя будущее населения в районах жесткого контроля, не для слабонервных: «Несмотря на повсеместно отмечаемую в данных по СССР тенденцию к росту уровня спонтанной заболеваемости и смертности от злокачественных новообразований, в наших расчетах эти параметры за весь рассматриваемый период (70 лет) приняты неизменными. Следовательно, значения превышения уровня избыточных опухолей со смертельным исходом над спонтанным могут корректироваться только в сторону их уменьшения». Эта мысль повторяется и в заключении: «Приведенные в этой работе данные свидетельствуют о том, что в большинстве случаев прогнозируемые уровни обсуждаемых радиогенных последствий облучения и, прежде всего, среди населения, проживающего в зонах жесткого контроля в результате аварии на Чернобыльской АЭС, вероятнее всего будут находиться в пределах значений, существенно меньших, чем величины стандартной флуктуации спонтанных уровней соответствующей патологии».

В переводе на общедоступный это означает, что население, прежде всего проживающее в зонах контроля и подвергающееся десятилетиями влиянию радиации, будет иметь меньше смертельных исходов в связи с раковыми заболеваниями, нежели население остальных территорий. Говоря об опухолях щитовидной железы, авторы скромно заключают: «избыточный выход радиогенных опухолей этого органа возможно будет наблюдаться». А, возможно, и нет. Словом, больше радиации хорошей и разной!

Красную цену всем этим заявлениям и коллективным партийно-медицинским прогнозам, сделанным на основании засекреченных и извращенных данных, определила сама жизнь в радиоактивных оазисах Чернобыля за более чем два десятилетия. Об этом – в следующих публикациях.

Автор: 
Алла Ярошинская

Отправить комментарий

Содержимое этого поля является приватным и не будет отображаться публично.
  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Доступные HTML теги: <a> <em> <strong> <cite> <code> <ul> <ol> <li> <dl> <dt> <dd> <img> <h3> <b> <i> <u>
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.

Подробнее о форматировании

CAPTCHA
Символы на картинке
Image CAPTCHA
Enter the characters shown in the image.