Обзор сайта


Партнеры проекта
Торговый портал TATET.ua
Платформа магазинов TATET.net
Мир путешествий с way2way

Опрос

Нужно ли удалить граффити в Припяти?:

В Рудне — девять жителей. А вокруг — радиация

На правом берегу Каменки уже более четырех веков сеют хлеб жители Ксаверова Малинского района. К этому центральному селу, где сельсовет, прилегают его соседи — Савлуки и Рудня-Калиновка. Лен, рожь-пшеница, картофель да еще и скотинка — с этого жили испокон веков местные жители.

Подвергались притеснениям разных собственников: то польских шляхтичей, то «своих» помещиков. Пережили коллективизацию и сталинщину, воевали на фронте и партизанили. Но легла на эти земли черная тень, покалечив судьбы. Чернобыль опустошил жилища в Рудне-Калиновке.

— В Рудне проживают девять человек — это четыре семьи, —рассказывает секретарь Ксаверовского сельсовета Наталья Комарчук. — А к нам в Ксаверов и в Савлуки прибились самоселы из Народичского района, из Коростеня и даже с Кировоградщины.

Брошенные когда-то дома в Рудне-Калиновке находятся на балансе сельского совета. Многие из них списаны или сгорели (те, что в лесу), некоторые хаты люди растащили на дрова или какое-то строительство.

Нет в таком селе ни рождений, ни свадеб, ибо некому жениться и давать начало новой жизни.

Липинские, Лехи, Мудраки... Такие фамилии среди разнообразия прежних остались «догорать» здесь.

Некоторые поселяне держат корову или лошадь, обрабатывают огороды. Хлеб и товары подвозят им предприниматели, местная власть беспокоится о газе и дровах. Почтальон Екатерина Маевская на велосипеде или на лошадях привозит письма, газеты, чернобыльские выплаты. А из Савлуков приезжает, тоже на велосипеде, заведующая ФАПом Людмила Гаращук, оказывает медицинскую помощь.

Вместе с секретарем сельсовета едем в Рудню-Калиновку. Село вызывает странное впечатление — словно заснуло, как в печальной сказке. Время и природа делают свое: разрушаются следы человеческого пребывания, разрастаются деревья, кусты, а нарядные когда-то дома стареют без хозяев...

Напрашиваемся в гости к тем, кто еще живет здесь, — супруги Лех. Оба почтенного возраста, но еще живо управляются по хозяйству. Ольга Ефимовна подходит, поправляя на голове теплый платок. Михаил Альбинович присоединяется к ней через какую-то минуту. Очень обрадовались, что ими еще кто-то интересуется:

— Мы уже думали, что забытые всеми здесь доживаем свой век...

Нелегко жить одним, признаются старики, но ведь земля — родная, хотя и погубленная атомом. И такая родит картошечку, овощи — питаться есть чем. А не боятся ли разных там цезиев, радионуклидов в таких дарах природы? Нет, и родня приезжает, берет, бывает, с собой тот «радиоактивный» сидор.

Лехи и дрова себе заготавливают на зиму из ближнего леса, который тоже побывал под чернобыльским крылом. Вот только бы хлеб им чаще привозили, говорит Михаил Альбинович — инвалид войны. Да и подорожал уж очень этот хлеб. Что цены до неба скачут, хорошо ощущают и здесь, в этой глубинке. Колбаса, рыба, сахар — все дорожают и дорожают. А чего-то вкусненького и им хочется купить.

У них телефон — один на весь угол. Наталья Алексеевна просит звонить в сельсовет, когда надо что-то, обещает: «Обязательно поможем». Если болезни допекут, едут Лехи в больницу автобусом до самого Малина. А денег сколько на лекарства надо! Михаил Альбинович операцию перенес, сейчас таблетки пьет и ездит на обследования.

Держат Лехи на подворье корову, свиней, кур — немалая поддержка им и... детям с внуками и правнуками, которые живут в Киеве. Хотя и радиация здесь, но приезжают за подспорьем к родителям часто.

В дебри, что наросли вокруг, говорят старики, пускать корову боятся — еще какой-то зверь съест. К соседу вон кабаны дикие наведывались...

Когда-то, до Чернобыля, вспоминают супруги, в селе было 40 дворов. Нынче привозят сюда хоронить земляков из других мест. Смолоду Ольга Ефимовна работала в коллективном хозяйстве, была и бригадиром. А Михаил Альбинович — механизатором. На фронте воевал. Артиллеристом. Польшу, Чехию, Австрию прошел с боями. Ранен был — «осколок до сих пор в руке сидит».

Читают газеты. Недавно новый телевизор купили. Настанут ли наконец какие-то положительные изменения в жизни простых людей, обоим тяжело верится: «Ничего не изменится, только беспокоят народ».

Когда уезжали, нас провели до ворот оба, вместе со своим верным меньшим другом — собачкой Топиком.

— Приезжайте еще! — приглашали.

Будет ли существовать село хотя бы в таком укороченном варианте? Или земля, в конце концов, зарастет кустами, лесом, где среди остатков полуразрушенных человеческих жилищ будут бродить дикие звери?

P. S. Севернее — Народичский район. Есть там село Буда-Голубиевичи. Его жители обратились в районную организацию охотников и рыбаков с просьбой помочь их беде. Дело в том, что когда после аварии на ЧАЭС большинство жителей района было переселено, настоящими хозяевами этой территории почувствовали себя дикие кабаны. Плодиться стали активно и такими табунами теперь бродят, что как похозяйничают на огороде, то людям там уже нечего делать. Из-за этого в Будо-Голубиевичах часть жителей уже и не обрабатывают свои земельные участки. А стрелять нельзя: за отстрел дикой свиньи или кабана такой штраф ждет, что и картофеля на том огороде не уродится столько, чтобы расплатиться. Вот люди и просят охотников: постреляйте тех кабанов хотя бы в пределах закона...

Отправить комментарий

Содержимое этого поля является приватным и не будет отображаться публично.
  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Доступные HTML теги: <a> <em> <strong> <cite> <code> <ul> <ol> <li> <dl> <dt> <dd> <img> <h3> <b> <i> <u>
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.

Подробнее о форматировании

CAPTCHA
Символы на картинке
Image CAPTCHA
Enter the characters shown in the image.