"Скованные одной цепью, связанные одной целью..."
ЛИКВИДАТОРАМ
Друзья, сегодня день печальный наш,
В нем столько слез, отчаянья и горя!
Вот снова вместе мы. Судьба сдружила нас
На ликвидации аварии Чернобыля.
А помнишь, эшелон, стуча в висках,
Тянул нас в переполненных вагонах?
И как-то неожиданно для нас
На плечи нам легли опять погоны.
Никто не струсил и не побежал -
Был адский труд, невидная работа!
Ты много сделал, много потерял,
Графит бросая в фуру вертолета,
Колонна тронулась на Киев, ближе к дому.
Летели по асфальту лепестками |
Те респираторы, что в лица нам врастали,
Переча судьбоносному "излому"!
Тогда не думали, что будет с нами после,
Что бросит кто-то: "Я тебя не посылал!.."
Да, безразличье пострашнее дозы,
Той, что ты сердцем нахватал.
И нам с тобой самим за жизнь бороться,
Друг другом нам гордиться от души!
С тобою мы спасали наше солнце,
И для детей достойно путь прошли!
И нет средь нас героев-хвастунов,
И в грудь себя никто не барабанит.
Нас только иногда в кругу друзей
В тот черный год вдруг память вновь поманит. |
В.В. ЛИСТУРОВ г. Дятьково Брянской области.
ТАМ ЗА ЛЕСОМ?
(По чернобыльским местам)
Зазлумил меня якут,
Спутник поневоле:
Вижу, лес и речка тут.
А за лесом?
Поле.
А за полем?
Лес опять.
А за лесом?
Речка.
Мы не можем с ним связать
Даже два словечка.
Белка-соболь-люди - где?
Люди? Люди - в поле.
Гнутся где-то в борозде,
Люди поле полют.
Шибко что-то не понять:
|
Люди... поле... полют...
А за полем?
Лес опять!
А за лесом?
Поле!..
Ошалело я и он
Смотрим друг на друга
Он в раздумье погружен,
Я гляжу с испугом.
Кто из нас сошел с ума?
Поезд мчит, стукочет...
Знать, действительность
сама
Нас понять не хочет.
Да простит мне друг-якут,
Если не осудит.
Речка тут, и поле тут.
Только где же - люди?
Александр Малахов |
ЧЕРНОБЫЛЬ
Участникам ликвидации аварии на Чернобыльской АЭС
Чернобыль, Чернобыль -
Место трагедии века.
В чем же крест твой и быль?
Мертвым нет ответа.
Будь не прав Богослов,
Свет затмился пред бездной
Электронных умов.
Грянул взрыв во Вселенной -
Чернобыль, Чернобыль!..
Трава горькая полынь
Иль звезда - Полынь
Повторила Хатынь?
Под твоим небосводом
Взывают жившие души.
Никаким уже срокам
Не унять крик немой тишины.
* * * Рыжий лес, "могильник",
деревня.
Мертвой зоны немые владенья
И лишь аист один в вышине
Над деревней - гнездовьем
кружит
И какое-то чудо творит. |
Что-то странное сделалось
с птицей -
На ветру парит плащеницей.
...Может, то, что зовем
мы бэрами,
Он ловил и носил за деревню,
Совершая свой путь
без "маршрутки".
Со дня взрыва - которые сутки?..
Вслед ему я смотрел виновато.
Аист, аист, туда же нельзя!
Ты и сам - жертва черного дня.
И как призрак мерцаешь в ночи
Огоньком погребальной свечи...
* * * А мы работали на "ходке"
В себе таская тяжесть бэр,
И становился комом
в глотке
Чернобыльский эксперимент... Дозиметры нам "честно"
врали,
Зашкал мы чуяли нутром,
В начальственной двойной
морали
Разобрались потом...
Алексей БОРОДИН. г. Орел. |
ОЧЕРЕДНОЙ
Очень короткой быть может
на свете
Жизнь на планете земной, Краткий некролог читаю в газете:
Умер чернобылец - очередной...
Смерть от инфаркта, инсульта,
от рака -
Горькая участь для многих из нас.
Будет женой и детьми он оплакан
В тяжелый прощания час...
Нет, не держал он в руках автомата,
На амбразуру с гранатой не лез.
В трудное время военкоматом
Друг был направлен служить
на ЧАЭС.
Встав на пути разрушительной
силы
Живым и бесстрашным щитом,
Он в жертву принес себя
Родине милой.
Она же - забыла о нем...
Забыла о всех,
кто был в атомной зоне
В составе бригад и полков,
3абыла р.принятом ею законе |
В защиту сирот, инвалидов
и вдов...
Без зла и обиды
расстался он с миром.
Ушел, не кляня человеческий род,
Ушел, не дождавшись
приличной квартиры
И прочих
законом обещанных льгот.
Станет последней
и первой наградой
За жизненный путь его,
полный мытарств,
Крест над могилой,
стальная ограда
И вечный покой
без врачей и лекарств...
Сотен товарищей вижу я лица
Сквозь сумрак холодный
небытия.
Судьба беспощадна!
Там очутиться
Очередь скоро наступит моя.
Виталий ГОРЕЛИК,
г. Красноярск. |
По голой правде естества колени стёрты.
Где наша вся теперь братва, кто завтра мёртвый?
Четвёртый аварийный блок смертями светит,
Повёл расчёт Кавказкий полк на каждый третий.
Чернобыль в синих миражах, а мы на Припять,
Радиоактивный чёрный прах руками выпить.
А на солдатских сапогах и пыль и стронций,
Крутнуло искрами в глазах, как цыган солнце.
Но твёрдо на ногах стоим, во рту присохло.
Эту АЭС ты, как Берлин возьми, хоть сдохни.
Вот первый, вот второй рубеж кроваво-потный,
Завтра на третий поведёт команду ротный.
Потом узнаем страшный счёт, он бьёт по нервам.
И впереди нас ждёт расчёт на каждый первый.
Да, многих рядом больше нет - и злых, и милых.
Но мы радиоактивный след свели в могилу. |
Быть миру чистому всегда без радиаций.
По голой правде естества колени стёрты.
Нет, вся жива моя братва, послав всё к чёрту.
********************************
Мы сегодня идём, как идём каждый день
В Чернобыль, на АЭС в День защиты детей.
Здесь сейчас нелегко - знаю я, знаешь ты,
Но должны сделать всё мы для их чистоты.
И чтоб счастье вернуть для безгрешной души,
Нужно атома смерч укротить, затушить.
Радость жизни всегда чтоб светилась в глазах,
Для того и стоим на своих рубежах.
Наша поступь крепка, и не дрогнет рука
Ради тех, кто ещё не родился пока.
Сергей Агеев, участник ЛПА 1987 г., ст. Северская,
Краснодарский край. |
В свой вечный сон уходят мужики,
Те, кто Чернобыль знал не понаслышке.
Десятый год от атомной беды,
В том марте ушло двое, а в этом - ты.
Наверно, так предписано судьбой:
Природа оживает, мы - уходим.
Прощаясь с миром под капельный звон,
Уходим в мир иной.....Уходим.
И та капель , как воинский салют
За труд солдата "зоны отчуждения".
Ни льготы, ни награды не вернут
Истерзанное наше поколение. |
Когда-нибудь добром и нас помянут,
Напишут книги и героем назовут.
Красивые стихи на песни лягут....
Но Землю пусть к беде не доведут.
А ты уже ушел. Так пухом будь, Земля!
Тобой закрытая, чтоб цвесть весенним садом.
Ну, что еще могу я пожелать?
Жаль, что не ты идешь со мною рядом.
А. Никифоров,
Инвалид-чернобылец. г. Кириши, Ленинградской области. |
ТРАВА НЕЗАБВЕНЬЯ
Черная, черная, черная БЫЛЬ
Атом сбесился, нет сладу!
Облако смерти: дым и пыль,
Землю берут в осаду.
Воздух отравлен, гибель несут
Травы, цветы, деревья!
Неужто это и есть Страшный Суд?
Мертвое царство - деревни.
Ставни крест-накрест, пустые дома,
Люди со страху сходят с ума!..
Пламя клокочет, страшен распад,
Смертью насыщен дым.
Это ужасней, чем сто Хиросим!
Это - кромешный ад!
Энергия зла, кто ее укротит?
Мы пленники все на столетья! И даже камень могильный - гранит
над облученным, поверте,
поныне опасность для жизни хранит.
Пусть знают об этом дети.
Черная, черная, черная Быль -
кара за все прегрешенья?
Горькое зелье: полынь, чернобыль -
трава незабвенья.
Апрель, 1996 г. |
ПРЕДРЕЧЕНИЕ
Третий ангел вострубил
На всю Библию:
вижу в небе Звезду -
- знак погибельный!
Вся в дыму Звезда летит -
в огне-пламени!
Не избыть, видать, беды:
расплавятся камни!
И упала в междуречье та Звезда,
как вбила клин!
Мир остался изувечен.
Имя той Звезды - Полынь.
Пятый ангел, подтверждая,
вострубил что было сил:
уж не быть тем землям раем!
Мор там многих покосил.
Отворился кладезь бездны,
Солнце скрыли дым да пыль!
Нету боле тех болезней,
чем явил нам Чернобыль.
(По мотивам "Откровения", главы 8-9, стих 10-11, 1.2."Библия")
Июнь, 1986 г. |
НАД РОССИЕЙ ЧЕРНОБЫЛЬСКИЙ КРЕСТ
Получив гробовых три червонца,
не на рынок спешу, а в кабак.
Лишь спиртное свободно от стронция,
остальное полно им - вот так!
Я и сам состою весь из бэров,
из нуклидов весь состою.
Только смерть принимаю на веру,
понимаю: мы все на краю!
Ни по лесу пройтись здесь,
ни по полю.
По асфальту - ни шагу окрест!
Надо мною проклятье Чернобыля,
над Россией Чернобыля крест!
Вот и выпьем, но не за здоровье:
с гробовыми здоровью не быть!
То уран, перемешанный с кровью,
Вынуждает нас горестно пить |
на свои, на свои гробовые!
Кто нас в этом с тобой упрекнет?
Пьем, покуда еще мы живые!
С нами пьет белорусский народ,
украинский - над нами Чернобыль
распростер радиации крест.
Аист бросил гнездовье на тополе,
нам за ним бы - с насиженных мест.
Только как оторвать все от сердца,
как уйти за чужой окоем?
Мы живем, как на фронте,
нам некуда деться!
Оттого
на свои
гробовые и пьем!
Брянск, 1989 г.
В. Н. Динабургский. |
Мы шли на машинах навстречу стихии,
Ни влево, ни вправо нельзя нам свернуть.
Под атомным облаком стонет Россия,
Для нас на реактор - единственный путь.
В кромешном аду днем и ночью трудились,
Для детей, для любимых, для наших родных.
Перед иконами матери слезно молились |
За своих сыновей: "Спаси, господи их".
Журавли пролетают над погостом у леса,
В чистом небе курлыча, и с собой нас зовут,
Оставляют они наши села и веси,
Мы не можем летать, мы останемся тут.
Виктор Погребенко
г. Белгород. |
ЗВЕЗДА ПОЛЫНЬ
(Музыка Ольги Буровой - извините ноты не сумел сканировать)
Здесь трассеры не рвали темноту,
И землю не взрывали залпы "градов",
Но только нам с тобой невмоготу
Забыть Чернобыль, ставший сущим адом.
Припев:
Мы смерть глотали - люди
жили чтобы,
Чтоб атомной не стала неба синь.
Год за день с нашей жизни взял
Чернобыль,
И опалила нас звезда Полынь.
Нам глотки радиация драла,
А головы от стронция гудели.
Незримо в рыжих соснах смерть ждала,
За упокой дозиметры звенели.
Припев. |
На бешенный реактор молча шли, И у судьбы пощады не просили.
Черт побери, а все же мы спасли
От ядерной чумы свою Россию!
Припев.
Во славу нашу не споют тропарь,
Мы знаем: вечной память не бывает.
И прожжена Чернобылем тропа
К закату, что последний догорает.
Припев.
Да, наше время все быстрей течет
Для нас, еще оставшихся, ребята.
Но час пробьет, когда предъявит счет
Россия тем, кто предал нас когда-то.
Припев.
Слова Алексея Захарова. |
Опубликовал Мария Вакуленко
|
